Свет мой зеркальце, скажи
да всю правду доложи
(правда - штука для пропащих):
сколько можно жить во лжи?
Мне бы маленьких звенящих
во поле ловить во ржи.

Свет мой зеркальце, ответь мне:
почему так пахнет медью,
где-то гибнут чьи-то дети,
на Кресте висит невинный
больше двух тысячелетий?
Столько перекрёстных линий,
столько ветра, столько ветра!

Свет мой зеркальце, давай,
расскажи про Ад и Рай,
про волшебные молитвы,
про таблетки и про бритвы,
и про петли, и про пяльцы,
расскажи мне, постарайся,
чтобы эти монологи
стали жизненным уроком,
так, мол, делать ни к чему.
Расскажи мне, почему?

Я в игольное ушко
лезу со своим стишком.
Я, конечно, грустный клоун -
всем от этого смешно.
Что же взять с меня тогда?
Вот мой голос и рука,
Только глаз давно не видно,
а в башке лишь облака.

Из частей мой образ сшит.
Это норма? Это shit.
Я по кругу за морковкой,
задаю вопросы ловко,
обо всём и ни о чём -
чахнет мир, болит плечо,
мимо, ранен, вновь убит.
Дую губки, хмурю бровки...

Только зеркальце молчит.